Бумажный сертификат о вакцинации от коронавируса можно получить в донских МФЦ

Наиболее негативный осадок остался у рядовых граждан от сертификатного этапа приватизации – 1995-1999 годы.

Несмотря на задекларированную государством именную форму раздачи населению приватизационных и компенсационных сертификатов, власть допустила не только их противозаконную куплю-продажу, но и массовую скупку финансовыми спекулянтами.

В итоге значительное количество приватизационных бумаг оказалось на руках у руководителей предприятий и бизнесменов, которые к середине 1990-х годов сумели – чаще всего неправедным путем – заработать первоначальный капитал.

Остальную часть рядовые граждане обменяли на акции различных заводов, фабрик и торговых учреждений.

Интрига написания закона

Авторство написания закона “О приватизационных бумагах” принадлежит одному человеку – Анатолию Федоренко, на то время ведущему научному сотруднику Института экономики Академии наук Украины. Вот как он вспоминает об этом в книге “Українська приватизація у спогадах та роздумах”.

Я вызвался работать над законопроектом о приватизационных бумагах. Причем от помощи посторонних я решительно отказался. Работал один. На составление главной “болванки” проекта ушло всего два дня. Еще неделю – на отшлифовку.

Хочу подчеркнуть один интересный факт: в чисто эмоциональном плане я был противником приватизации за ваучеры. Во-первых, я ее просто не понимал, а во-вторых, предвидел, что она породит большое количество социальных конфликтов и злоупотреблений.

Я был против ваучерной приватизации и выполнил эту работу, не чувствуя ее необходимости. Мне казалось, что приватизация должна была идти естественным, медленным путем по мере созревания условий.

Хотя я тоже понимал, что делать это путем выкупа было бы неправильно. Я думал, что надо было бы идти через аренду.

Написав “болванку”, я раздал ее двум специалистам Министерства финансов, и они внесли туда некоторые добавления. Так, Буковинский добавил, что за получение приватизационных бумаг граждане уплачивают госпошлину.

Первый вариант был показан  Лановому . Буквально с первых же минут обсуждения Лановой высказал идею множественности приватизационных бумаг, что сюда должны попасть жилье и земля. Этого ни в одной стране не было.

С ней сразу же согласились и решили разработать систему конвертации. И в следующем варианте появилась система конвертации.

Руководствуясь самыми благими намерениями, мы заложили в законопроект следующие идеи:

а) сертификаты должны быть именными для того, чтобы никто не мог украсть или принуждением выманить у гражданина его сертификат, но в итоге это дало отрицательный результат, лучше было бы сделать их на предъявителя,

б) сертификаты надо индексировать.

При этом мы ставили задачу создать у гражданина дополнительный стимул к получению сертификата и участию в процессе приватизации. Однако в итоге ни одна из этих идей надлежащим образом реализована не была.

Ваучер обесценился в результате инфляции. Его стоимость первоначально составляла 1,5 тыс рублей. С их помощью была приватизирована весьма незначительная, в отличие от ожидаемой, доля государственного имущества.

Мы понимали, что участие финпосредников в процессе приватизации абсолютно необходимо, хотя бы потому, что 50 млн ваучеров (прибавьте сюда жилищные чеки и земельные боны) одному Фонду госимущества не переработать.

Нужны были какие-то частные институты, которые доводили бы эти ваучеры от гражданина до продавца.

Но мои представления о видах деятельности с ценными бумагами упирались в закон о ценных бумагах и фондовой бирже. Поэтому я пошел по пути заимствования и перенес те виды деятельности, которые разрешены торговцам ценными бумагами, на приватизационные бумаги.

Однако при этом не учел одного обстоятельства. Ведь я сам раньше записал, что приватизационные бумаги нельзя вложить иначе, как непосредственно в объект приватизации, и оформить право собственности только на владельца.

А здесь была записана норма, согласно которой я мог вкладывать сертификаты, то есть заниматься коммерческой деятельностью. Здесь было явное противоречие.

На это противоречие обратила внимание и помогла исправить академик, доктор наук, заведующая кафедрой хозяйственного права Киевского государственного университета Наталья Кузнецова, которая проводила экспертизу законопроекта.

В своем законопроекте я пытался выписать жесткую модель прямого вложения ваучеров в объекты приватизации с невозможностью использования этого номинала не по назначению или другими лицами. Хотелось сделать так, чтобы первоначальным собственником мог стать конкретный гражданин Украины.

С этой же целью я внес в законопроект положение о том, что все документы, связанные с движением ваучеров, отмечаются штампом органа приватизации. Вписали мы и пункт о восстановлении утраченных бумаг. Хотя, наверное, никто так и не обратился по этому поводу ни разу.

Еще был предусмотрен такой ограничительный механизм, как особенности допуска иностранной валюты в качестве платежного средства. В тот момент в Украине курс доллара по отношению к купоно-карбованцу был гипертрофированно завышен. На “черном рынке” он был примерно 1 к 100.

Мы с  Александром Пасхавером  подсчитали, что если разрешить использовать доллар в качестве средства платы за приватизированное имущество, то скупить всю Украину можно за каких-нибудь 3 млрд долл.

К примеру, направляясь на один из семинаров в Одессу в роскошном мягком вагоне СВ, мы с удивлением высчитали, что стоимость вагона – всего 32 долл.

До введения национальной валюты запрещалось отчуждение объектов.

В то время мы серьезно опасались, что иностранцы могут воспользоваться нашим тяжелым экономическим положением и скупить все объекты. Чтобы этого избежать, мы предусмотрели в нашем законопроекте еще один нюанс.

Объекты, цена которых свыше 50% уплачена ваучерами, не подлежат продаже или отчуждению другими способами в течение двух лет со дня нотариального удостоверения договора купли-продажи.

Использование коэффициентов конвертации при использовании доллара должно было полностью блокировать иностранных инвесторов. В дальнейшем Государственная программа приватизации на 1992 год ввела специальный индекс для иностранной валюты до момента введения национальной валюты.

Предложений было много, но принято из них минимум. В Кабмине согласование нашего законопроекта шло относительно легко. Во-первых, сильна была поддержка Ланового. Во-вторых, был период эйфории, когда в аппарат власти пришло много новых людей, доступ к которым был относительно прост.

Правда, во время “шлифовки” подготовленного нами проекта в нем порой появлялись досадные ошибки. Так, в законопроекте было написано, что инвестиционный фонд не имеет право вкладывать более 10% своих активов и приобретать более 5%. Откуда это взялось?

В написанном мною тексте было как раз наоборот. Никто таких предложений не давал. Это была типичная ошибка при перепечатке. И только потом ее исправили.

В ходе обсуждения законопроекта в Верховной раде народные депутаты правок почти не вносили. Были лишь некоторые дополнения. Это объяснялось, скорее всего, тем, что депутаты тогда слабо разбирались в этих вопросах, и они им не казались принципиальными.

Интересно вспомнить о нашем представлении о сроках приватизации. Лановой был убежден, что этот процесс завершится максимум за два года, а ваучерная приватизация должна пройти еще быстрее.

Поэтому народные депутаты предлагали внести в закон положение о том, чтобы остановить использование ценных бумаг после окончание трехлетнего срока. Но потом они поняли, что, возможно, выдержать конкретный срок не удастся, и пошли более мягким путем.

Они записали, что приватизационные бумаги могут быть использованы в период проведения приватизации, определенный Государственной программой. То есть пока действуют программы, действуют и приватизационные бумаги.

Обсуждался еще вопрос о декларировании доходов. Имеет ли право один человек купить завод?

В результате обсуждений пришли к выводу, что если речь идет о сумме выше какого-то уровня (например, 50 минимальных зарплат), то доходы надо декларировать. Но как это делать, никто не знал. Хотя было декларирование при приобретении объектов движимого имущества (автомобилей).

У меня было всего две встречи с согласительной комиссией Ю.Сербина, где обсуждались эти нюансы. Одна встреча была рабочая, мы быстро разобрались со всеми вопросами. Мои объяснения были поняты и приняты. А вот вторая встреча была очень конфликтная и неприятная.

В заседании комиссии принимал участие народный депутат Иван Макар, который отличался очень агрессивной манерой ведения разговора. Когда я начал объяснять что-то о жилищных чеках, особенностях их применения, Макар сразу же спросил, работал ли я в жилищном строительстве.

Услышав отрицательный ответ, набросился на меня изо всех сил:

– Как же в таком случае вы можете давать нам советы по приватизации жилья?

Я попытался объяснить, что это такой же объект, как и все, который надо передать в частную собственность.

Макар еще больше разошелся:

– Тогда вам нечего здесь делать.

Меня это страшно обидело. Я пожал плечами и взялся за портфель. Но меня остановил Сербин, извинившись за своего сотрудника.

– Вы на него не обижайтесь, – попытался сгладить ситуацию Юрий Сергеевич.

– Я на него и не обижаюсь, это только у народных депутатов есть право обижать других.

Все засмеялись, оценив по достоинству шутку. Обстановка разрядилась.

Но Макар не унялся и сказал:

– Ну, тогда уйду я. Хлопнул дверью и покинул зал.

Этот случай ярко характеризует ту напряженную обстановку, в которой проходило обсуждение первых законов о приватизации. Закон же о приватизационных бумагах прошел через парламент легко. И это понятно – он был популистским.

Куда делись сертификаты

Украинский центр сертификатных аукционов – УЦСА – и сеть региональных центров сертификатных аукционов – РЦСА – были созданы в соответствии с указом президента от 26 ноября 1994 года “О мерах по обеспечению прав граждан на использование приватизационных имущественных сертификатов”.

Они руководствовались постановлением Кабмина от 24 февраля 1995 года “Об утверждении Положения о центрах сертификатных аукционов”. Фонд государственного имущества владел 100% акций этой компании.

В течение четырехлетнего существования ПИС его номинальная стоимость несколько раз изменялась: в 1995 году она составляла 30 тыс. крб, после индексации – 1 млн 50 тыс крб, а впоследствии – и 50 млн крб.

После введения национальной валюты ПИС стал двух номиналов: 10,5 грн – для приобретения акций предприятий, индексация основных фондов которых не была проведена, и 500 грн – для приобретения акций предприятий с проиндексированными фондами.

Компенсационный сертификат был выпущен двух номиналов: 1 млн крб и 2 млн крб. В связи с введением национальной валюты номинальная стоимость компенсационного сертификата с сентября 1996 года стала равняться 10 и 20 грн.

Датой открытия Украинского центра сертификатных аукционов стало 10 февраля 1995 года. Национальная сеть центров состояла из Украинского центра сертификатных аукционов, региональных центров в АРК, областях, городах Киеве и Севастополе и их представительств.

Основными заданиями центров было обеспечение прав граждан на приобретение акций объектов приватизации путем использования приватизационных имущественных сертификатов и денег, проведение мероприятий для продажи акций других объектов приватизации, рекламирование объектов приватизации.

Первым директором Национальной сети центров сертификатных аукционов – НСЦСА – стал Богдан Буца, а с декабря 1995 года ее возглавил Юрий Тараторин.

Со 2 января 1995 года началась выдача наличных приватизационных имущественных сертификатов жителям регионов, где проходили первые сертификатные аукционы: Житомирская, Запорожская, Кировоградская, Хмельницкая, Киевская области и город Киев.

С 1 февраля 1995 года выдача сертификатов стала проводиться во всех областях. Получить их можно было в отделениях Сбербанка по месту жительства.

Приватизационные имущественные сертификаты выдавались только тем гражданам, которые раньше не использовали полностью или частично приватизационные депозитные счета.

До 1 июня 1995 года платежи за объекты приватизации могли осуществляться гражданами Украины с приватизационных депозитных счетов или в наличной форме – именными приватизационными имущественными сертификатами.

Предполагалось, что наличные сертификаты будут действительны на протяжении двух лет – до 31 декабря 1996 года. Однако затем Верховная рада своими постановлениями два раза продлевала срок их использования.

Наличные именные сертификаты нельзя было дарить, продавать или обменивать. Они использовались исключительно для приобретения акций ОАО.

Получив сертификат, гражданин мог использовать его следующим образом.

1. Приобрести акции ОАО на сертификатном аукционе.

2. Приобрести на льготных условиях акции предприятия, на котором работает, при его акционировании.

3. Поручить доверительному обществу вложить приватизационный имущественный сертификат в акции приватизируемых предприятий.

4. Приобрести за свой приватизационный имущественный сертификат ценные бумаги инвестиционного фонда или компании.

Приватизация госсобственности с использованием сертификатных аукционов проходила с 1 января 1995 года по 1 октября 2000 года. За этот период прошло 48 аукционов, на которых акции приватизируемых предприятий продавались за ПИС, и 30 аукционов, на которых акции продавались за компенсационные сертификаты.

Всего в двух видах аукционов приняли участие 7 127 предприятий. Из них тех, кто продал свои акции, было 7 074 – 99,3%. Количество предприятий, на акции которых не было спроса, составило 84 или 0,7% от общего количества предприятий, которые выставлялись на сертификатные аукционы.

Наибольшее суммарное количество имущества было выставлено на аукционах за ПМС и КС в 1997 году. Среди приватизированных предприятий – 6 857 или 96,9% были предприятиями производственной сферы. На долю непроизводственной сферы пришлось 265 предприятий или 3,1%.

Всего население получило 45 722 181 ПИС, из них 8 097 533 или 87,98% – в форме приватизационных депозитных счетов. Если брать по нарастающей, то на начало 1995 года население получило 15,6% ПИС, на конец 1995 года – 54,78%, в 1996 году – 83,57%, в 1997 году – 87,59%, в 1998 году – 87,98%.

За период проведения аукционов за приватизационные имущественные и компенсационные сертификаты граждане и финансовые посредники вложили в приобретение акций приватизируемых предприятий 89 158 325 сертификатов.

Основная масса приватизационных имущественных и компенсационных сертификатов была инвестирована юридическими лицами. Доля сертификатов, инвестированных физическими лицами, составила 36,1%.

Использование сертификатов для покупки акций приватизируемых предприятий в разрезе регионов выглядит так. Наибольшее количество ПИС использовали жители Киевской и Днепропетровской областей. Наибольшее количество КС – жители Киевской, Днепропетровской, Донецкой и Харьковской областей.

Необходимо подчеркнуть, что во время приватизации объектов использовались не только ПИС И КС, но и жилищные чеки. Хотя роль последних была меньшей.

Так, с 1992 года по 2000 год при помощи жилищных чеков было приватизировано 241 предприятие группы А (малой приватизации) на 14 663,28 тыс грн и 347 предприятий групп Б, В и Г на 198 237,92 тыс грн.

Всего же за 1992-2000 годы изменили форму собственности 20 647 предприятий. Из них 8 581 – это средние и крупные предприятия, приватизация которых осуществлялась в основном на сертификатных аукционах.

По итогам сертификатной приватизации значительно возросло количество акционеров в Украине, что было связано в основном с преобразованием государственных предприятий в акционерные общества.

Так, на начало 1999 года было образовано 33 719 акционерных обществ, а на 1 января 2000 года насчитывалось более чем 35 млн акционеров.

Разгосударствленных предприятий на 1 октября 1999 года, то есть перед завершением сертификатной приватизации, было больше, чем государственных, в 2,9 раза. Первоначальная стоимость их основных средств составляла 150,4 млрд грн или 28,7% от стоимости основных фондов всех предприятий Украины.

Однако за этими впечатляющими цифрами скрывались полный провал сертификатной приватизации как масштабного социального проекта и сознательное ее превращение в средство обогащения узкого круга людей, которые впоследствии стали именоваться олигархами.