Профессиональная сертификации инженеров-нефтяников SPE | Нефтегазовое образование

Российские горные инженеры уже в 2021 году смогут становиться действительными членами Британского технического совета, одного из самых престижных профессиональных объединений мира. А российские преподаватели – членами Британского ученого совета. Это произойдет после того как будет подписан договор о признании Российской Национальной ассоциации горных инженеров региональным представительством Британского Института минералов, материалов и горного дела (IOM3). И передаче британцами эксклюзивных полномочий по аккредитации специалистов минерально-сырьевых компаний на статус «Профессиональный инженер» и «Привилегированный инженер». «Форпост» решил уточнить у исполнительного директора IOM3 Колина Черча, почему это так важно.

– Доктор Черч, между Россией и Британией готовится ряд соглашений, которые должны в итоге резко расширить возможности международной сертификации инженеров в таких областях, как горное дело, нефтегазовая промышленность, химия, строительство. В Англии этим занимается ваш институт IOM3, в РФ права на выдачу международных сертификатов делегируются Санкт-Петербургскому горному университету. О чем вообще идет речь?

– Институту (IOM3 – ред.) в этом году исполняется 150 лет. Все эти годы он объединяет людей, которые задействованы в сфере материалов и горного дела. Мы представляем собой глобальную сеть для людей, занимающихся горно-инженерным делом. Начиная с добычи и заканчивая использованием ресурсов, придерживаясь при этом так называемого принципа «от колыбели до колыбели», который предполагает полную рециркуляцию используемых ресурсов.

– За 150 лет какое количество людей прошло через IOM3 и получило сертификаты? В Англии и за её пределами.

– Это очень сложный вопрос. Я Вам скажу, что у нас есть члены, которым более 100 лет, это физические лица, которые были нашими членами на протяжении 70 лет. А также у нас есть члены, которые являются таковыми лишь несколько лет – 3-4 года. Поэтому очень сложно, конечно же, назвать точную цифру. Но это сотни тысяч. И только четверть наших членов находятся за пределами Англии. Всего среди наших членов примерно 15 с половиной тысяч человек – это физические лица.

Мы предлагаем два вида профессиональной квалификации, сертификации. Первое – это просто член Института. Ранг зависит от вашего уровня академической квалификации, а также от вашего опыта. И также есть второй статус – профессиональный инженер, с регистрацией в Британском Техническом Совете. Их примерно 15,500 человек. Мы охватываем очень широкий спектр деятельности. К примеру, для работников упаковочной промышленности регистрация в качестве профессионального инженера может быть не слишком актуальна, но большинство специалистов горной отрасли – профессиональные инженеры, признанные нашим сообществом.

– Что дает сертификат горного инженера? Допустим, человек его получил. Что дальше?

– Самое главное – это профессиональное признание. Например, если на вашей визитной карточке написано, что вы – профессиональный член Института, это само по себе подтверждение квалификации. И знак того, что вы достигли определенного уровня. Для некоторых людей это является лицензией на осуществление своей деятельности. Для того, чтобы осуществлять некоторые виды деятельности, нужно иметь данный сертификат. Например, если человек должен будет подписать отчет, подтверждающий состав и количество минеральных ресурсов в каком-либо месторождении, он должен быть профессионально аккредитован, для того, чтобы проводить такую экспертизу. Это доказывает, что он обладает соответствующей компетенцией. И тогда он может осуществлять деятельность в различных странах мира.

Профессиональные инженеры признаются в соответствии с вашингтонской декларацией, а также согласно договоренностям о взаимном признании квалификаций внутри Евросоюза. Это крупнейшие страны мира, такие как Россия, США, Австралия, Южная Африка, Бразилия, Китай. Весь англоязычный мир, весь ЕС, большая часть Южной Америки и многие страны Азии.

Трудно представить себе английского инженера не имеющего сертификата IOM3. У простых членов Совета, даже если это вчерашний студент, заработные платы начинаются с 37 тысяч фунтов в год (300 тысяч рублей в месяц). Трудно представить себе европейскую компанию, у которой в штате нет пула аккредитованных инженеров. Ее не будут принимать всерьез ни государство, ни заказчики, ни инвесторы.

– Приходя на российский рынок, вы можете не понимать, куда вы приходите. Здесь огромное количество сырьевых компаний, инженеров. Вы как-то оценивали, до того, как сюда пришли, профессиональный уровень российских инженеров? Он как-то корреспондируется с английским?

– До того, как мы установили отношения с Горным институтом, некоторые российские инженеры уже были нашими членами. Также были британские инженеры, которые работали в России и они, по сути, помогали нам понять уровень компетенций и квалификации россиян. Но конечно же, отношения с Национальной ассоциацией, руководимой господином Литвиненко, позволят нам оценивать не каждого участника в отдельности, а полагаться на мнение партнеров.

– Предусматривается ли со стороны Института какой-то контроль над работой представительства?

– Мы называем это «Обществом на местах» и у нас есть договор между Национальной ассоциацией и Институтом, который, я надеюсь, мы скоро подпишем. Первый документ направлен на учреждение, второй будет устанавливать правила для профессиональной регистрации. Мы сейчас находимся в процессе обучения коллег из Горного института с тем, чтобы они могли оценивать будущих соискателей сертификата. Также будет и контроль со стороны Великобритании.

– И насколько я понимаю, те люди, которые получат сертификат в России, автоматически станут членами Британского технического общества?

– Они смогут стать членами Британского технического совета, если у них есть соответствующая квалификация и у них есть такое желание. Можно стать членом нашего института, не обладая статусом профессионального инженера. Например, некоторые студенты в университете могут быть нашими членами, но это не означает, что они стали обладателями сертификата. Для этого им нужно получить определенный опыт и уже впоследствии стать профессиональными инженерами.

– Каков главный критерий? Студент закончил вуз, отработал определенное количество времени, подал заявку. Каков главный критерий, что он получил признание?

– В первую очередь, вам нужно иметь степень магистра и минимум четыре года опыта работы в профильной компании. И кто-то должен порекомендовать вас.

– Сколько человек должны порекомендовать?

– Два.

Кроме образовательного ценза и рабочего стажа, для получения высшей категории сертификата, безусловно необходимо и владение техническим английским. Заявки рассматриваются заочно и затем человек вызывается на личное собеседование. В результате он либо отсеивается, либо становится членом ассоциации, либо получает одну из высших категорий. Российское представительство будет оценивать специалистов в горной индустрии, и в случае подтверждения их квалификации Институт IOM3 будет выдавать им соответствующий документ. Британцы, в свою очередь, будет рекомендовать российским специалистам обращаться по вопросам аккредитации в Национальную ассоциацию горных инженеров.

– Чем еще будет заниматься представительство в России, кроме оценки инженеров и выдачи сертификатов?

– Обычно у представительства, у местной ассоциации задача – предоставить площадку для местных участников. Социальные мероприятия, семинары, патронаж – это основные вопросы, которыми занимаются в местных ассоциациях.

– Готовится и второе соглашение – о создании опорного Центра в рамках работы Международного центра компетенций в горнотехническом образовании под эгидой ЮНЕСКО. В чем его суть?

– Основная задача Центра компетенций ЮНЕСКО будет заключаться в том, чтобы пропагандировать наличие и получение соответствующей компетенции в горно-инженерном деле. И, конечно же, основной элемент – профессиональная компетенция инженеров. Это работа, которую будут делать IOM3 и Центр компетенций. Мы выработаем стандарт для горных инженеров на разных уровнях, который будет признаваться во многих странах. Как в тех странах, где нет собственной системы профессиональной оценки, как во многих государствах Африки или Южной Америки, так и в тех, где такие стандарты существуют, но которые хотели бы использовать данную систему. Например, в Канаде и США.

– У ООН есть программа устойчивого развития человечества, претворение которой в жизнь делегировано ЮНЕСКО. Одна из её идей заключается в том, что любое развитие Африки, Латинской Америки, Ближнего Востока может идти только через развитие минерально-сырьевой отрасли. Какова роль этих стандартов в том, чтобы двинуть их экономику вперед? И каков желаемый эффект?

– Современные стандарты, используемые в Великобритании, включают в себя элемент устойчивого развития и этики. Я предположу, что какие бы глобальные мировые стандарты мы ни разработали, они будут рассматриваться, в том числе с позиции их влияния на устойчивое развитие, окружающую среду, этичности использования. И по мере того, как люди будут принимать эти стандарты, они поймут что их принятие – это элемент профессионализма и они начнут действовать в соответствии с этими стандартами. Я вижу здесь возможность, в том числе, для улучшения существующих стандартов.

– Допустим, конкретная страна – Ангола – принимает эти стандарты. Вряд ли у них сейчас есть какая-то своя система. Что с точки зрения развития промышленности Анголы это может означать в результате?

– Практика каждой страны, конечно же, будет отличаться. Это будет зависеть от того, насколько сильна там буква закона, от уровня коррупции, и, конечно, от того, сосредоточено ли горно-инженерное дело в руках маленьких компаний или же крупных корпораций. От ряда других факторов. Если все это вместе работает, горнодобывающие компании будут нанимать только тех людей, которые соответствуют профессиональным стандартам. И эти люди будут выполнять работу лучше с точки зрения защиты окружающей среды и позитивного влияния на регионы присутствия. Но для того, чтобы это действительно имело какую-то силу, нужно время. Если у вас есть один инженер, который думает таким образом и десять, которые от него отличаются, то у вас будет меньше прогресса, чем если бы было наоборот. Нужно время для того, чтобы они научились и получили соответствующую сертификацию.

– В России все-таки сложившийся рынок, это не Африка. Достаточно большое количество профессионалов. Понятно, что крупные компании будут заинтересованы в создании такой системы, а мелкие – не очень. И есть идея, чтобы на биржах акции российских компаний оценивались не только по активам – количеству и качеству месторождений, но и по числу инженеров, признанных профессиональным сообществам и способных повышать эффективность компании. Их сертификаты и признание являются такими инструментами?

– Я считаю, что инвестор должен принимать это во внимание. Сейчас трудно сказать, насколько это принимается во внимание при покупке акций компании. То есть, например, если в компании 80% непрофессиональных, неаккредитованных инженеров, насколько вы хотите повысить капитализацию вашей компании? На 5%? На 20% И как инвестор может это оценить? То есть механизмов, по сути, нет. Это, конечно, мы обсуждаем с Центром компетенций ЮНЕСКО.

– Когда на Лондонской бирже компании будут оценивать не только по активам, но и по тому, какое количество сертифицированных инженеров в ней работают? Через 5-10-15 лет?

– Я думаю, это очень рискованно – оценивать компанию по одному признаку. Если вы оцениваете её только по ресурсам или только по людям – этого недостаточно. Нужно оценивать оба фактора.

В Британии один человек из 300 – инженер, в Африке – один из 7 000. Повышение квалификации офицеров минерально-сырьевого комплекса – единственный способ поднять экономику континента. У России блестящий количественный показатель – 5 процентов от занятого населения, но после перехода на Болонскую систему и уничтожения специалитета, качество подготовки оставляет желать лучшего. За 4 года в отличие от прежних пяти студенты не успевают получить никакой практики.

Сертификация инженерного корпуса, безусловно, выгодна и самим инженерам, которых на Западе перестанут воспринимать, как гастарбайтеров, и крупным компаниям, озабоченным вопросом собственной капитализации. Безусловно, невыгодна непрофессионалам и компаниям-однодневкам.

В работе Международного Центра компетенций в горнотехническом образовании под эгидой Юнеско сегодня уже принимают участие такие компании, как, например, «ФосАгро» или «Руснефть» и даже целые регионы, – Ханты-Мансийский автономный округ. В Национальную ассоциацию горняков входят восемь отраслевых сообществ – геологи, химики, нефтяники и так далее.

Фильтр аккредитации по стандартам IOM3 – не панацея от неэффективной работы данных отраслей, но безусловный механизм по повышению их эффективности на мировом рынке. И это не замена инструментов оценки компаний на биржах, а их логичное дополнение.