Знаете, когда-то давно, в моём сопливом детстве, мы держали скотину.
На семью из пяти человек, в самом начале зимы мы забивали двух свиней.
Это как минимум 200 кг мяса, не считая голов, ливера и копыт.
Гдет в конце декабря мы резали бычка или тёлку.
Это ещё 150-170 кг чистого мяса.
Жена частенько меня подъёбывает по поводу моего “голодного детства”..
Да, моё детство было голодным, ибо всё детство мы пропадали на улице и из еды был только кусок хлеба, который ты спиздил с кухни пока мать отвернулась и убежал на весь день.
Конечно, можно было зайти домой и тебя бы накормили, но ведь потом тебя на улицу не выпустят..
Ладно, сейчас разговор не об этом..
После разделки туш, оставались три головы, 12 ног, 12 мотолыжек, два свинячих хвостика и один бычий хуй хвост.
В один из дней отец говорил:
– 4iLiSH, сходи в сарай. Наруби там на холодец.
К тёще поедем, холодца сварим, тестя угостим.
Сейчас наверное все яжемамки и яжепапки пизданутся в обморок, да и хуй бы с ними, если честно.
Я, 10-12-ти летний мальчишка, брал топор, нож, шёл в сарай, рубил на части головы, ноги, мотолыжки, укладывал порубленые куски в сумку и мы с отцом ехали к бабушке и деду.
Видя нас на пороге, бабушка всегда расплывалась в самой искренней улыбке.
Дед тоже улыбался.
Пока бабушка поила нас чаем с вареньем, с плюшками-ватрушками, с пирогами и прочими нехитрыми сладостями типа пирожков с морковкой или свёклой, отец с дедом укладывали порубленное мной мясо в охуенно большую кастрюлю и ставили её на печь.
Да, во времена моего детства, газа не было и зимой печь топилась круглосуточно.
– 4iLiSH, – звучал голос отца, – ну что, попил чаю?
Вставай, пошли. Поможем немножко старикам..
Дед с бабушкой сразу же начинали бурдеть на моего отца, типа пусть ребёнок сидит отдыхает. Ничего помогать не нужно, они сами всё сделают и нахуй им именно моя помощь не нужна.
– Ну ты чего к ребёнку пристал?! Тебе сказали уже, не надо ничего, мы сами всё сделаем! Сиди, внучок! Вот, ещё пирожок возьми..
– Нет, ну правда, пошто мальчишку тиранить, пусть с бабкой сидит, сами управимся..
Отец же, не обращая внимания на пламенные речи деда с бабкой просто смотрел на меня.
Я нехотя поднимался из-за стола и под причитания бабушки о том как сильно заебали её внука физическими нагрузками мы выходили из дома во двор.
Там мы втроём, я, мой батя и мой дед, чистили снег.
Его было не то чтоб дохуя, его было пиздец сколько дохуя.
Высказывания отца, типа:
– Смотри, дед, стареешь.. Внук-то, быстрее тебя лопатой орудует..
Придавали мне сил и я кидал снег как тот роторный снегоуборщик.
Закончив кидать снег, мы шли колоть дрова.
– 4iLiSH, давай мы будем колоть, а ты носи и в сарай их складывай, – предлагали мне.
– Да схера-ли???!!! – возмущался я.
Дед старый, пусть он и носит! Я же сильнее деда, я и буду колоть!!!
Дед с отцом улыбались и после недолгих попыток уговорить меня на работу полегче, соглашались с тем что я уже взрослый мужик.
Отец колол чурбаки на плахи. Я колол плахи на поленья, дед носил их в сарай.
Иногда мы заходили домой погреться, отдохнуть, покушать или попить чай.
Бабушка тщетно взывала к совести двух здоровых мужиков, которые маленького мальчишку уже совсем заморили.
Отец с дедом улыбались.
– А мы разве его заставляем?
Если устал, так пусть сидит и отдыхает, мы сами доделаем.
Закончив колоть дрова, я еще успевал помочь деду перетаскать их в сарай.
– Помощник!!! – гладил меня по вспотевшей голове дед, когда мы, уже вечером заходили домой.
А потом мы садились за стол разбирать сварившийся к тому времени холодец.
Мы все вместе отделяли мясо от костей.
Чистили чеснок.
Бабушка, отрезав кусок хлеба и отщипнув самый смачный кусочек мяса протягивала мне.
– Держи. Больше всех сегодня работал. Устал?
Я мотал головой и говорил что не устал.
– Повезло тебе, сынок, – говорил дед.
Игрушек, вон, полный магазин..
А мы раньше вот эти кости, от холодца, сушили и потом ими в бабки играли..
Отец разливал из привезённой бутылки в две рюмки и они с дедом долго сидели за столом, обсуждая совершенно неинтересные мне вопросы.
Глаза мои постепенно закрывались и бабушка уводила меня в соседнюю комнату, на диван.
А утром, на столе, стоял холодец.
Не знаю кто как, а я холодец люблю.
Вот и сейчас, закусил рюмаху кусочком холодца, прикрыл на секунду глаза, и на меня нахлынули эти воспоминания.
Паписят нах.
За холодец.
